Сущность огня в мифологии: бог Локи, аналогии с Индрой и Агни

Бог сакрального огня Локи

В стихе 144 «Речей Высокого» рассказчик спрашивает читателя про его знания о последовательности религиозных ритуальных действий. Седьмой вопрос, “Veistu, hvé senda skal?” («Умеешь ли ты отправлять?») идет сразу после “Veistu, hvé blóta skal?” («Умеешь ли ты молиться и приносить жертвы?») – это основная тема данной статьи.

Слово “senda” на старонорвежском значит «отправлять что либо куда-то», иногда в контексте дарения подарка. Место данного слова в серии вопросов в стихе 144 означает, что после того как что либо (животное, предмет или человек) было принесено в жертву во имя богов, следующим шагом будет отправление этого дара богам. Но как это выполнить? Для норвежцев того времени было 2 основных метода: Вода (что отражено во многих находках на болотах) и Огонь. Второе является ключом к пониманию функций Локи как бога огня в мифологии викингов, и может пролить свет на ту роль, которую он способен играть в современных ритуалах.

Перед тем как я продолжу, я считаю важным показать различия между священным огнем, о котором и идет речь, и бытовым огнем. Во многих древних обществах (и в Скандинавии также) было много «видов» огня. Пламя пожара не было тем же что огонь очага. Подобно тому, как некоторые водоемы или географические участки почитались более других, так и некоторые виды огня были более священны, чем другие. К примеру, Якоб Гримм описывает ритуал, который проводился для создания довольно специфического вида огня под названием «огонь нужды». В данном ритуале каждый огонь в селении должен был быть предварительно потушен. Когда пламя возгорается методом трения круглой деревянной палки, больной крупный рогатый скот и лошади проводились вокруг полученного огня три раза для исцеления от болезней. Это иллюстрирует разные виды огня и разные его функции у древних германцев.

Священный огонь

В старонорвежской литературе и в археологических данных можно обнаружить минимум три основные функции бога огня мифологии: очищение (например, когда огонь проносили по периметру нового участка земли для его очищения, как это описано в «Книге заселения Исландии»), кремация (например, как это показывают описанные в «Видении Гюльви» похороны Бальдра), и жертва богам с помощью сожжения. Хотя о последнем достаточно скудно говорится в литературе, существует много археологических данных, которые подтверждают, что подобные ритуальные действия проводились в древней скандинавской/германской религии:

«Сожжения в дневнескандинавской религии это ритуальная деятельность о которой – насколько я знаю- практически ничего не известно из литературных источников. Мы мало знаем о том, как и где это практиковалось, в каких формах. Из археологических источников, однако, известно об обширных системах очагов, которые имеют место в основном в южной Скандинавии и континентальной Европе и могут быть интерпретированы как остатки ритуальных жертвенных сожжений. Иногда эти системы очагов расположены на возвышенностях, холмах или даже горах, а остатки сожженных костей, которые эти очаги содержат, принадлежат, как правило, овцам/козам и свиньям.» Гуннар Андерсон. «Среди деревьев, кости и камня: священная роща в Лунде. Древнескандинавская Религия в долгосрочной перспективе: истоки, изменения и взаимодействия»

В ведической религии (Индо-Европейской двоюродной сестре традиций Германии и Скандинавии) священный огонь также используется в ритуалах очищения, жертвоприношения и кремации/сожжения, и персонифицирован через бога Агни, которые также является вестником богов, и символически он «уста», через которые боги и получают свои подношения:

« Гимн XIII К Агни.
1. О Агни, священен и божественен, лучезарен прекрасный язык Твой. Шествуй к Богам и служи им!
2. Мы молимся Тебе, купающемуся в масле, о лучезарный! Взирающий на Солнце, приведи богов на пиршество!
3. Мудрец, мы разожгли Тебя, яркого, принимающего жертвы, Тебя, великого, о Агни»
Самаведа

Он также является огнем кремации, который сопровождает мертвых в мир богов. Более пристальный взгляд на Локи отражают его функции, которые являются такими же, как у Агни в ведической традиции, и не только разъясняют роль Локи в северной космологии, но и дают большее понимание дохристианских ритуалов огня. Но, прежде чем образ Локи как персонификации священного огня будет раскрыт, необходимо показать связь Локи с огнем в сохранившейся старонорвежской литературе.

Локи как бог Огня в мифологии викингов

Так как нет однозначных источников, которые утверждают роль Локи как бога огня, было много спекуляций на тему, является ли это одной из его первоначальных функций. Многие люди отбрасывали этот вариант как вообще возможный, и некоторые ученые едва затрагивали этот момент в изучении образа Локи. Однако, все же существует довольно много источников, косвенно указывающих на огненную природу Локи, и если рассматривать их вместе, они усиливают гипотезу о том, что Локи как бог ассоциируется с огнем.

В «Прорицании вельвы» есть несколько строк, благодаря которым можно предположить, что Локи непосредственно связан с Муспеллями: словом, которое сейчас принято использовать для описания огненных великанов из мира Муспельхейма, который Снорри описывает как мир, охраняемый огненным существом по имени Сурт (что в переводе значит «черный»). Возможно, слово «Муспелль» было привнесено из континентальной Германии в Скандинавию, так как «Муспелль» это название поэмы 9го века, написанной на старом варианте верхнегерманского языка, где это название используется для обозначения христианского конца света от огня. Турвилль-Петре предполагает, что это слово было заимствовано и неверно понято скандинавами как имя огненного демона, уничтожающего мир. «Муспелль» это владелец корабля Нагльфар («корабль из ногтей мертвецов»), а его дети известны как «сыны Муспелля». В целом, даже если воспринимать это слово буквально, «Муспелль» может означать просто что то вроде «огненного уничтожения». Муспельхейм поэтому может быть представлен как мир огненного уничтожения, а «сыны Мупелля» — дети этого мира. По Снорри, во время Рагнарека Сурт будет в передней части авангарда против Асгарда:

« В этом грохоте раскалывается небо, и несутся сверху сыны Муспелля. Сурт скачет первым, а впереди и позади него полыхает пламя. Славный у него меч: ярче свет от того меча, чем от солнца. Когда они скачут по Биврёсту, рушится этот мост, как уже говорилось. Сыны Муспелля достигают поля, что зовется Вигрид.» Снорри Стурлусон. Младшая Эдда.

Снорри также говорит о том, что Сурт находится на границе Муспельхейма и поставлен там охранять его, это означает что он страж Муспельхейма:

 «Суртом называют того, кто сидит на краю Муспелля и его защищает.В руке у него пылающий меч, и, когда настанет конец мира, он пойдет войною на богов и всех их победит и сожжет в пламени весь мир.» Снорри Стурлусон. Младшая Эдда

Это, очевидно, имеет некоторые сходство со стихом 3:24 Бытия, где описывается ангел с огненным мечом, который сторожит двери рая, и поэтому сложно сказать, является ли Сурт как страж Муспельхейма с его огненным мечом более поздним привнесением или нет.

В «Прорицании вельвы» есть более чем один стих, в котором Локи может быть причислен к Муспеллям, и даже более того, может быть в высоком чине среди них. Хотя Снорри ставит Сурта на острие атаки сил Муспельхейма, «Прорицание вельвы» называет Локи капитаном Нагльфара (корабль, который Снорри называет принадлежащим Муспеллю), который везет огненных великанов (включая Сурта) из Муспельхейма.

«С востока в ладье
Муспелля люди
плывут по волнам,
а Локи правит;
едут с Волком
сыны великанов,
в ладье с ними брат
Бюлейста едет.» Прорицание
вельвы

Тот факт, что Локи ведет Муспеллей в Асгард из Муспельхейма может означать, что он сам является огненным йотуном; в соответствии со Снорри, только тот, кто рожден в Муспельхейме может войти в этот мир и не погибнуть, а Локи, очевидно, правит Нагльфар прямиком из этого огненного мира.

«Тогда сказал Третий: «Всего раньше была страна на юге, имя ей Муспелль. Это светлая и жаркая страна, все в ней горит и пылает. И нет туда доступа тем, кто там не живет и не ведет оттуда свой род» Снорри Стурлусон. Младшая Эдда

Несмотря на то, что многие люди считают Сурта «королем» Муспельхейма, нет ни одного источника, который это подтверждает. Более того, доказательства, предоставленные Снорри и «Прорицанием вельвы» указывают на Сурта как на стража Муспельхейма, но не как на его владыку. Так как Локи – единственный, кто вообще был упомянут как лидер Муспеллей, вероятно что именно Локи, а не Сурт, это тот, кто является их владыкой. Рудольф Зимек также делает такой предварительный вывод:

«Локи будет кормчим корабля Нагльфар в соответствии со стихом 51 «Прорицания вельвы» и это тот корабль, на котором силы Муспеллей пересекут море. Возможно, именно поэтому Локи можно рассматривать как их лидера» Рудольф Зимек .Словарь Северной Мифологии

В мифологии бог огня Локи может быть назван владыкой Муспельхейма, он проливает свет на кровное братство с Одином. Возможно, это не простое кровное побратимство друзей, а кровное перемирие между королями. Ньйорда часто рассматривают как короля Ванахейма, а его сына Фрейра как короля Альвхейма. Они оба живут в Асгарде в качестве заложников, символизируя мир между их народами. Идентифицируя Локи как короля Муспельхейма, можно объяснить его присутствие в Асгарде, так как Муспелли не проявляют враждебность по отношению к Асгарду до тех пор, пока Локи и его дети не будут заточены, что нарушает перемирие между двумя народами.

Далее связь между Локи и великанами Муспельхейма может быть обнаружена в эддической поэме «Речи Свипдага». Эта история упоминает о таинственной фигуре по имени Синмара («бледный ужас»), которая, как предполагается, была женой Сурта. В ходе поэмы, Виндкальд спрашивает великана Фьёльсвинна об оружии, которое может убить задиру Видофнира, который обитает в Асгарде. Фьёльсвинн отвечает:

«Зовут Лэватейн,
сделанный Лофтом,
выкованный за вратами смерти;
в ларе железном
у Синмары лежит
на девяти крепких запорах».
Речи Свипдага

Название меча, который выковал Лофт в Хельхейме (за вратами смерти), называется Лэватейн, что дословно переводится как «ранящая ветвь», что само по себе является кеннингом для меча и не может быть названо самим мечом. Но тот факт, что Синмара охраняет меч Локи очень интересен, и можно предположить что так как она- страж меча Локи, то ее муж Сурт охраняет владения Локи, пока тот находится в Асгарде.

Перебранка Локи

Дальнейшие свидетельства власти Локи над огнем можно найти в «Перебранке Локи». После того как Тор в угрожающей форме заставил Локи уйти из дома Эгира, в конце поэмы Локи оставляет Эгиру проклятие:

«Пива ты, Эгир,
немало припас,
но напрасно старался
пусть все, чем владеешь,
в пламени сгинет,
пусть опалит
огонь тебе спину!» Перебранка
Локи

Это было бы довольно странное проклятие в исполнении Локи, если бы он не имел ничего общего с огнем вообще, и, как следует из Прорицания вельвы» и «Речи Свипдага», многие поэты Старшей Эдды указывают на связь Локи с огнем.

Другие доказательства того, что бог огня в мифологии нордлингов именно Локи, могут быть найдены вне пределов Старшей Эдды — в разрозненных остатках других Индо-европейских культур. В конечной части «Перебранки Локи» и в «Видении Гюльви», есть история, в которой Локи превращается в лосося с целью избежать гнева асов, и все же его ловят даже в такой форме. По мнению Снорри, Локи изобрел рыболовную сеть и сжег ее, так как боялся быть обнаруженным. Боги воссоздали из пепла новую сеть.

«Тотчас принялись они за работу и сплели себе сеть наподобие той, что, как видно было по золе, сплел Локи. И лишь готова была их сеть, асы направились к реке и забросили сеть в водопад.» Снорри Стурлусон. Младшая Эдда

Затем Локи пытается перепрыгнуть сеть и сбежать, но Тор все же ловит его.

Хотя это заманчиво – придать водный символизм образу Локи в форме лосося, однако есть другие Индо-Европейские источники, которые опровергают такое предположение. В 48й магической песне из финского эпоса Калевала есть сильное сходство с изложенной историей у Снорри, так как тут описывается рыба в качестве сосуда для огня, которую Укко (бог неба) потерял. Вяйнямёйнен (герой Калевалы) и остальные жители деревни пытаются поймать огненную рыбу, сооружая льняную сеть для ее поимки. После попадания в плен, искра от огня внутри рыбы все же сбегает и начинает сеять хаос и разрушение вокруг. Вяйнямёйнен все же убеждает огонь успокоиться и пойти с ним, чтобы принести огонь в дом к людям, переместив пламя на кусочек бересты. Как Локи и Агни (ведическая персонификация сакрального огня), пламя изначально должно быть поймано из воды, где оно прячется, чтобы затем стать доступным для использования людьми.

Де Фрис предполагает, что красный цвет лосося породил идею о том, что эта рыба хранит в себе огонь, и также указывает на легенду индейцев, в которой огонь добывался из красных лососей. Истории о лососях как об огненных существах могут быть обнаружены также в кельтской религии. В Ирландии есть история в лососе, которые съел девять орехов, упавших в колодец мудрости, в котором он обитал. Было сказано, что тот, кто съест этого лосося, сможет «проглотить» все знания мира. Бард Финегас поймал лосося, и сказал своему ученику Финну Маккулу приготовить его. Во время приготовления, на большой палец Финну попало чуть чуть горячего масла. Он положил его в рот и случайно проглотил все знания, которыми обладал лосось. В этой истории не только лосось и огонь тесно связанны, но и прослеживается кельтская концепция о том, что огонь символизирует знания.

Истории о прячущемся в воде огне не являются уникальным достоянием Европы, но могут быть также найдены в ведической мифологии. Веды рассказывают как огонь (Агни) постоянно ускользает от людей, прячась в воде, растениях и других элементах, и должен быть пойман повторно. Говорится, что Агни очень сильно боялся смерти, так как его старшие братья умерли или исчезли под гнетом их ритуальных обязанностей. Агни бежит и находит пристанище в воде, но боги заманивают его обратно для выполнения священных обрядов и обещают подарить ему бессмертие и божественный статус. Это явно напоминает рассказ Снорри о богах, которые ловят Локи из реки, а также является отзвуком истории, в которой спасает Идунн и возвращает бессмертие богам.

То, что Локи является изобретателем рыболовной сети – очень важно, так как этот факт пересекается с другими данными о Индо-Европейских огненных богах. В Греции богу-кузнецу Гефесту приписывают изобретение рыболовной сети, с помощью он ловит свою жену Афродиту и Ареса во время прелюбодеяния. В Риме был ритуал странного жертвоприношения Вулкану, богу разрушительного огня. В этом ритуале явно выражено яростное противостояние воды и огня (что может быть видно на примере Локи и Хеймдаля), и необходимо было проносить в жертву маленьких живых рыбок, бросая их на алтарь-обиталище бога- Вулканал. В Индии Агни также известен как «враг рыб», и изобретатель рыболовной сети Локи также может быть интерпретирован таким образом. Стоит также отметить, что имя, которым у Снорри назван ремешок Брокка, с помощью которого был защит рот Локи (Ватари) – это имя «рыбы» в «Списке имен».

Помимо этих литературных источников есть также и небольшая археологическая находка, датированная 1000 годом нашей эры, называемая «камнем из Снаптуна», которая может быть свидетельством огненной природы Локи. Это знаменитое изображение (которое в основном ассоциируется именно с Локи) было вырезано на кузнечном камне из стеатита и было найдено на пляже в Ютландии, что в Дании. На изображении есть ряд порезов вокруг губ, и считается, что это изображен Локи после того, как его губы были сшиты карликом-кузнецом Броком.

Подобные кузнечные камни могли использоваться для защиты кузнечных мехов от пламени, и возможно что создатель Снаптунского Камня сделал попытку заручится помощью Локи в работе с металлами с помощью его огня, таким образом Локи имеет сходство с другим огненным богом-кузнецом: Гефестом. Так как Локи кует свой меч, о чем сказано в «Речах Свипдага», возможно, ранее он был более связан с кузнечным делом, чем указывают на то сохранившиеся источники.

Изречения о Локи

В связи с языческими обрядами огня, в которых просматривается параллель с Локи, необходимо упомянуть о народных дохристианских изречениях, связанных с сущностью по имени Локи или Локке в Скандинавии. Аксель Олрик отмечает, что многие из этих традиций подтверждают эддический образ Локи, и заметно, что многие из них представляют его как существо света и огня. Так же как и боги –фэйри Ирландии были превращены в безвредный и крошечный «маленький народец» после пришествия христианства, возможно, с Локи случилась аналогичная ситуация и его образ был существенно урезан в христианизированной скандинавской культуре. Ниже приведен список народных поговорок, связанных с огнем, в зависимости от региона, в котором их собрал Олрик. Следует отметить, что данные пословицы преподносят образ Локи в довольно причудливой форме, далекой от того злобного и вредоносного образа, каким он представлен в «Прорицании вельвы» и в конце «Видения Гюльви», и показывают, что Локи в умах простых жителей Скандинавии остается в основном безвредной (хотя и немного раздражающей) фигурой.

Дания:

«Локке жнет свой овес». Относится к мареву или мерцающему свету.

«Локке коз гонит». Описывает то же самое явление.

«Локке-озорник». Описывает мерцание солнца на воде и блики.

«Локке воду пьет». Когда солнечные лучи пробиваются к земле или морю.

«Локке пасет своих коз». При ярком солнечном свете, когда над землей дрожат потоки теплого воздуха как скачущие козы.

Швеция и Норвегия

«Локье бьет своих детей». Когда в Телемаркене кипятили молоко, пенки бросали в огонь как жертву «Локье».

В нескольких областях Швеции дети бросают выпавший молочный зуб в огонь со словами: «Локке, забери зуб золотой, дай мне зуб костяной».

Исландия

«Локадаун» или «Локаликт». Использовалось как обозначение серного запаха.

«Локабренна». Относится к разгару лета.

Исландские ассоциации Локи с запахом серы отсылают нас ко знаменитым исландским горячим источникам, запах от которых также похож на серу. Исландцы могли ассоциировать Локи с подземным огнем, которые нагревает эти источники. Так как «Прорицание вельвы» помещает Локи «под Хвералундом»,что иногда переводят как «роща котлов» (то есть горячих источников):

Пленника видела 

под Хвералундом,

обликом схожего

с Локи зловещим;

Очевидно, что сохранились определенная память о Локи как об огненном существе в Скандинавии, и это может быть отражением более ранних представлений о нем.

Обычный и сакральный огонь

Несмотря на определенные доказательства, которые подтверждают то, что Локи можно назвать богом огня, есть одно место в «Видении Гюльви» Снорри, которое, как считают многие люди, опровергает подобное утверждение. Однако, рассматриваемое в правильном контексте, это место может стать ключом к пониманию изначальных функций Локи в дохристианской германской культуре.

Снорри описывает случай, когда Тор и Локи отправились вместе в Угтард («внешний мир», дом мистической сущности по имени Утгарда-Локи («Локи внешнего мира»). В своем путешествии они остановились в доме крестьянина с просьбой заночевать. Когда подошло время ужина, Тор взял двух козлов которые тащили его колесницу и зарезал их. Он снял с них шкуру и аккуратно отделил мясо от костей, поручая семье не ломать их. Но сын крестьянина Тьяльви не послушался, сломал одну из костей, чтобы достать костный мозг. На следующий день Тор благословил груду козлиных костей и кож своим молотом, и козлы вернулись к жизни. Однако, одним из них оказался с поломанной ногой, так как Тьяльви поломал кость. Тор был так зол, что хотел разрушить весь дом, но семья стала умолять его о пощаде. Это успокоило гнев Тора, и в воздаяние крестьянин отдал ему своего сына Тьяльви и свою дочь Рёскву в качестве слуг.

Что интересно, «Песнь о Хюмире» в Старшей Эдде содержит короткую аллюзию к этой истории, однако тут именно Локи является ответственным за хромоту одного из козлов Тора:

Недалеко отъехали,
вдруг полумертвый
упал на дорогу
Тора козел:
постромок скакун
охромел неожиданно;
Локи зловредный
в том был повинен.

Вместе со своими слугами Тор и Локи (после серии злоключений) наконец добрались до замка Утгарда-Локи. Учитывая принятые в северной культуре законы гостеприимства, Утгарда-Локи принял их очень грубо. Он не предложил им ни еды ни питья, а сразу сказал путешественникам, что тот, кто не проявит свое исключительное искусство, не сможет остаться тут. Так как Локи было отказано в гостеприимстве, он сказал, что никто не сможет есть быстрее чем он: «Есть у меня искусство, которое я берусь показать: никто здесь не съест своей доли скорее меня».

Тогда Утгарда-Локи ответил: «И впрямь искусство это, если только выйдет по-твоему. Надо испробовать это искусство». Он позвал существо по имени Логи, который сидел ниже всех за скамьей, для состязания с Локи. Тогда принесли корыто, поставили на пол зала и наполнили мясом. Локи сел напротив Логи и они начали есть так быстро как только могли и встретились посреди корыта. Локи съел все мясо кроме костей, но Логи съел и кости и само корыто, и всем стало ясно, что Локи проиграл состязание.

Тьяльви и Рёскву тоже участвовали в своих состязаниях, а успех Тора был не больше чем у Локи. На следующий день Утгарда-Локи сказал богам, что победил только благодаря обману и иллюзиям.

«Первым состязался Локи. Он сильно проголодался и ел быстро, но тот, кого звали Логи, был огонь, и сжег он не только мясо, но и корыто.» Старшая Эдда

Многие считают, что этот момент показывает четкое различие между Локи и пламенем, и делают вывод, что Локи не может быть огненным божеством. Однако, многие люди пренебрегают пониманием того, что обычное пламя – это далеко не тоже самое, что и сакральный огонь (на что было указано выше). Наиболее очевидным фактом, показывающим огненную природу Локи, является тот факт, что кости он не ест. Есть много изменений в погребальных обрядах Скандинавии, которые были привнесены из бронзового века в железный век. В бронзовом веке кремация была основной формой погребального обряда в Скандинавии и Европе, и сам ритуал был специфический. В бронзовом веке в Скандинавии кости не сжигались сразу дотла в погребальном огне, а тщательно извлекались и промывались перед тем как быть положенными в урну. Затем их хоронили, и часто на том месте делали что то вроде насыпи. Столь острожное отделение костей от пепла может символизировать освобождение духа от физических оков. Огонь кремации открывал двери, через которые души мертвых освобождались от физического мира и переходили в мир духов.

Не было такого в железном веке, что тело и погребальная утварь были сожжены вместе, без отделения костей от всего остального. Это может означать, что символизм отделения костей был забыт или больше не соответствовал религиозным убеждениям железного века. В 10м и 11м веках кремация начала терять популярность в Скандинавии, уступая ритуалу погребения путем закапывания тела в землю, который представлял принятые в католической церкви нормы. Практика кремации существовала на севере до христианизации (когда подобные ритуалы стали запрещаться), а уже после ритуал погребения стал общепринятым.

В связи с четким указанием в изложении Снорри что Локи не ест кости, это вполне может подтверждать что Локи (как и Агни) может быть персонификацией огня кремации и жертвоприношения. В истории Снорри, Локи являет собой святой огонь кремации и разделения костей от плоти, который противостоит Логи, персонифицирующему земное пламя, поглощающее все что на его пути.

Также как сакральный огонь Агни рожден от дерева и небес (луча солнца или молнии), ток и Локи рожден от молнии (Фарбаути) и древа (Лаувея/Наль). Оба эти бога имеют связь с громом и молнией в своих традициях. Агни путешествует с Индрой, ведическим богом грома и молнии, в колеснице, запряженной баранами, а Локи и Тор путешествуют вместе в колеснице, запряженной козлами. Обе пары богов изображаются близкими друзьями, и Агни и Индра часто действуют вместе. Параллель между Локи/Тором и Агни/Индрой также может быть найдена в Бала Канда-Рамаяне, где Индра превратился в евнуха и попросил помощи своего товарища Агни в поиске и возвращении своих мужских принадлежностей. Агни соглашается и начинает молиться предкам, которые помогают ему трансплантировать Индре яйца жертвенного козла. Этот миф однозначно похож на историю о том, как Локи помог Тору вернуть свой молот/мужественность в «Песне о Трюме». Тот факт, что священной огонь рожден от неба (от молнии) означает, что этот огонь в понимании древних людей имел божественное происхождение и рассматривался отдельно от бытового огня, и это указывает на сильную взаимосвязь таких богов как Локи и Агни с богами грома и молнии.

В ведической традиции Агни представляет собой огонь кремации и жертвоприношения. В ведической религии мертвые отправляются в мир Йамы (этимологически родственно северному Имиру), который был первым умершим смертным и впоследствии стал владыкой подземного мира. Поэтому, простые люди обычно предавались земле. Знатные люди и жрецы, с другой стороны, играли в погребальном ритуале роль жертвы Агни, который потом переносил их (так как он переносит подношения богам) на небеса, чтобы они стали богоподобны. Кони, оружие и слуги также отправлялись вместе со знатью, а также и жена, которая сама входила на погребальный костер, что доказывало ее благородный характер и происхождение. Примечательно, что у скандинавов были подобные ритуалы, так как все эти элементы (включая ритуальное самоубийство жены) могут быть найдены в описании похорон Бальдра в «Хусдрапе».

Если Локи, как и Агни, изначально играл главную роль в похоронных ритуалах, то это безусловно показывает его заметную связь с огнем и миром мертвых. Альтернативное имя матери Локи Лауфеи – Наль – может быть связанно со старонорвежским словом «nár», что значит «труп». Это слово также является однокоренным к Нагльфару, кораблю, чьим капитаном является Локи в соответствии с «Прорицанием вельвы». Нагльфар может представлять собой знаменитые погребальные корабли, известные в Скандинавии железного века, на которых знать (также как и бога Бальдра) предавалась огню вместе с имуществом. То, что Локи – капитан этого корабля, является весьма уместным, если учесть что он – персонификация огня кремации, который буквально «плывет» на погребальных кораблях во время сожжения. Также весьма примечательно, что дочь Локи Хель является богиней смерти, и некоторые исследователи предполагают, что имя его сына, Нарфи, также этимологически связанно со словом «nár». Также Локи родил Слейпнира, у которого восемь ног, что, в соответствии с Х.Р. Эллис Дэвидсон, может символизировать ноги четырех несущих похоронные носилки людей.

Тесная связь Локи и Одина еще более усугубляется, если смотреть на нее сквозь призму практики кремации. В «Саге о Игнлингах» Снорри пишет что Один – первый, кто ввел ритуал кремации среди Асов:

«Один ввел в своей стране те законы, которые были раньше у Асов. Он постановил, что всех умерших надо сжигать на костре вместе с их имуществом. Он сказал, что каждый должен прийти в Вальгаллу с тем добром, которое было с ним на костре, и пользоваться тем, что он сам закопал в землюСага о Игнлингах

Как и Один, индийский Шива – повелитель погребального костра, а его помощник Агни является персонификацией огня как такового. Так как культ Шивы разрастался, другие культы и боги подверглись ассимиляции, пока самого Шиву не стали называть также и Агни. Так как Шива- бог кремации, а Агни- бог огня кремации, то есть инструмент Шивы и дверь для мертвых. Вероятно, что Агни работает как бы «на службе» у Шивы в обрядах кремации, что очень похоже на связь между Одином (как бога сонмов мертвых) и Локи (как врат, через которые мертвые проходят).

Х.Р. Эллис Дэвидсон отмечает, что некоторая разновидность ритуального каннибализма могла иметь место в ритуалах кремации в бронзовом веке. В «кургане Короля Бьорна» в Упсале сгоревшие останки человека лежали в деревянном гробу внутри кургана, а за пределами гроба были найдены несгоревшие кости по крайней мере трех взрослых людей. Одна из костей была разделена по длине, как будто для того чтобы извлечь мозг. Предположение, что эти люди были ритуально съедены, подтверждается еще одной находкой на торфяном болоте в Швеции. В двух искусственных бассейнах, огороженных заостренными кольями, были найдены кости многих животных и по крайней мере четырех людей. Только остальные части более крупных животных были найдены, что свидетельствует о том, что все остальное (включая людей) было ритуально съедено. Скелеты людей были неполные, а останки были перемешаны с костями животных. Наскальные рисунки, датируемые бронзовым веком, найденные рядом, позволяют предположить, что этот ритуал проводился в то же время.

Хотя это может быть и совпадением, эти данные звучат устрашающе и отсылают нас к «Песни о Хюмире» и к «Видению Гюльви», где Локи провоцировал на расщепление костей для извлечения мозга. Если Локи связан с погребальными обрядами, то его связь с каннибализмом могла быть скрыта более поздним его образом.

Локи — посредник богов

Еще одно доказательство о том, что Локи – бог кремации, это его кеннинг “Gammleið”, что означает «путь грифа». Есть очень мало объяснений, почему именно гриф выбран в качестве кеннинга, а не другое воздушное существо, тем более что Локи обычно принимает форму сокола или мухи. Я лично ощущаю, что Локи может ассоциироваться с грифом таким же образом, каким мы видим эту связь у Агни. Так же как и огонь кремации, гриф очищает чистую кость от гнилой и гниющей плоти. Это может быть интерпретировано как то что дух удаляется от земной плоти, разрывая связь с физическим миром. Это также может быть интерпретировано как то, что эго отрывается от «голых костей» нашего бытия. В ведическом огненном ритуале, который называется Агничаяна, алтарь Агни сооружается из глиняных кирпичей и имеет вид хищной птицы. Этой особенной птице приписывают хранение огня для людей, и это – источник мифа о фениксе, который сжигает себя и воскрешает потом. Так как птица-алтарь имеет короткий хвост и длинные, широкие и незаостренные крылья, индолог Фриц Стаал (который тщательно изучал Агничаяну в 1975) считает, что эта птица представляет собой грифа, так как это единственный вид птиц с подобными специфическими характеристиками. Белоголовый сип – отличный кандидат. Он обитает в Европе, Северной Африке и в некоторых частях Азии. Ведический ритуал Агничаяна являет собой фактические воплощение Агни как огня. Примечательно, что это древнейший из сохранившихся ритуалов. Агничаяна – это двенадцать насыщенных ритуальных дней. Для этого действа строится деревянный храм, а в нем находится большой глиняный алтарь в виде грифа в полете. Многие подношения богам сжигаются на этом алтаре, включая и жертвоприношения животных. Для этой части сооружен жертвенный столб, к которому привязан козел, как жертва самому Агни. В последний день Агничаяны весь этот деревянный дом и все, что в нем находится, сжигают как последнее подношение Агни, не оставляя никаких следов.

Подобная практика жертвоприношения козла звезде Сириус была записана в Дании испанским арабом Ат-Тартуши во второй половине 900х годов. Кстати, наиболее известная достопримечательность неба Скандинавии, которая носит имя Локи это не место, а звезда: Сириус, «Собачья звезда, известна в Скандинавии как Локабренна («Прикосновение Локи»). Если принять во внимание ассоциацию Локи с Сириусом, то путешествие испанского араба Ат-Тартуши может быть полезно в вопросе о поклонении Локи. Эта история пришла из второй половины 900х годов, когда Ат-Тартуши был в Шлезиге (Хедебю, Дания):

«Шлесинг (Хедебю) это большой город на самом краю мирового океана. Внутри него можно найти источники пресной воды. Жители поклоняются Сириусу, за исключением небольшого количества христиан, у которых есть там своя церковь. Они отмечают праздники собираясь вместе, славя своих богов, едят и пьют. Тот кто убивает жертвенное животное вывешивает его на ворота своего забора, будь это крупный рогатый скот, баран, козел или свинья, чтобы его соседи знали, что он сделал жертву в честь своих богов.»

Если Локи, как и Агни, также получал в жертву козлов, то это может пролить свет на историю из «Языка поэзии», где Локи привязывает бороду козла к своим гениталиями для того, чтобы рассмешить Скади, богиню зимы. Звезда Сириус поднимается над горизонтом примерно 24го июля, и поэтому данный ритуал мог проводиться чтобы почтить время когда Сириус («факел Локи») будет расти, принося с собой летнюю жару и расплавляя остатки зимы, а эта история могла быть только тусклыми воспоминаниями про древнюю культовую практику.

Если изложенная гипотеза верна, это также может пролить свет на роль Локи как посланника, который приносит дары богам, как это описано в «Языке поэзии», когда он принес дары Одину, Тору и Фрейру из мира гномов. Это также может объяснить, почему, хотя у Локи не было своего организованного культа, какие были у Тора или у Одина, он играл и играет важную роль в северной космологии. Локи, как и Агни, возможно, видели в качестве посланника/транспортного средства, через которого все остальные боги получали свои жертвы, и поэтому он не мог быть одиночным приемников даров в его честь.

Интерпретация Локи в качестве персонификации сакрального огня ведет к интересной интерпретации его жены, Сигюн. В «Законе Тора» Локи дан кеннинг Farmr Arma Galdrs Hapts, что означает «муж гальдра оков/божества («оковы» это кеннинг слова «бог» или «богиня» в «Языке поэзии». Возможно, что идентификация богов как «оков» связанна с практикой семнонов, записанной Тацитом:

«Благоговение перед этою рощей проявляется у них и по-другому: никто не входит в нее иначе, как в оковах, чем подчеркивается его приниженность и бессилие перед всемогуществом божества. И если кому случится упасть, не дозволено ни поднять его, ни ему самому встать на ноги, и они выбираются из рощи, перекатываясь по земле с боку на бок.» Тацит. Германия

Если эти кеннинги указывали на Сигюн, то можно предположить, что она являлась богиней, тесно связанной с искусством гальдра (магической песни). Рудольф Зимек отмечает, что, так как Сигюн названа женой Локи в Хаустлёнге (написанной после 9го века), она могла принадлежать к пантеону Германских богов в более древние времена, когда существовали культы поклонения в ее честь.

Сигюн наиболее известна по своей роли в конце «Перебранки Локи», которая также описана в «Видении Гюльви» и «Прорицании вельвы», где, когда Локи оказывается связан, она держит чашу над Локи для того, чтобы ловить яд, который капает на его лицо. Как и во многих аспектах относительно мифах о Локи, я всегда задавался вопросом, а не мог ли быть образ Сигюн, держащей чашу над Локи, старой религиозной практикой, которая затем была трансформирована (или неправильно понята) в историю с агонией и пытками.

Интересная параллель с Сигюн просматривается в ведической мифологии в образе Свахи, жены Агни. Сваха — это богиня возлияний, которые выливаются на огонь Агни для подношения богам. Другими словами, Агни — это тот, кто приносит дары богам, так же как это делает Локи, в соответствии со Снорри, принося Тору его молот. Имя Свахи (которое означает «жертва» и «подношение») поется жрецами и даже домохозяйками, когда те готовят еду и бросают горсти риса в пламя Агни для подношения богам. Если рассматривать в этом контексте роль богини, которая держит чашу над своим мужем, сакральным огнем, то эта роль предстает в совсем новом свете.

Имя Сигюн значит «победа». Во время использования в ритуалах жертвоприношения, оно может означать тоже самое, что и имя Сваха. Возможно, волшебные песни (гальдры), в которых Сигюн была богиней песен хвалы и поклонения, пелись во время подливания приношения богам в огонь Локи. Возможно, что оригинальное представление о Сигюн, которая держит чашу над Локи, представляло ее, подливающую приношение богам на земное проявление своего мужа (огонь). После прихода христианства этот сюжет преобразовался в то, что на Локи якобы капает «яд». Христианские авторы, называя Локи связанным до тех пор пока боги не встретят свою смерть (до Рагнарёка), возможно, пытались таким образом «блокировать двери», через которые боги получают свои подношения: другими словами, моря их голодом.

Кроме его роли как носителя даров богам, если мы помним, то Локи также может являться богом кремации в рассказе Снорри о путешествии Тора в Утгард. Роль Локи как огня кремации также может пролить свет на его роль в смерти Бальдра (по крайней мере, согласно Снорри), а также на его роль в Рагнареке в представлении «Прорицании вельвы». Можно ли рассматривать Локи как непосредственно ответственного за смерть Бальдра или нет – это не тема данной статьи. Вкратце, если следовать Снорри в «Видении Гюльви» или Саксону в «Деяниях данов», это Хёд непосредственно ответственный за убийство Бальдра, а у Саксона Локи даже не упоминается в связи со смертью Бальдра. Более того, в «Перебранке Локи» мы слышим из уст Локи не то, что он убил Бальдра, а то, что он привел к тому, что Бальдр больше не вернется в этот зал:

«Хочешь ты, Фригг,
дальше послушать
дерзкие речи
из-за меня ведь
Бальдр не вернется
к тебе никогда».» Перебранка Локи

Принимая во внимание то, что Локи – огонь кремации, вполне может быть, что Локи говорил это в буквальном смысле, так как он (как огонь который сжег корабль Бальдра) метафорически перенес Бальдра из миры живых:

«Потом тело Бальдра перенесли на ладью, и лишь увидела это жена его Нанна, дочь Непа, у нее разорвалось от горя сердце, и она умерла. Ее положили на костер и зажгли его.» Снорри Стурлусон. Эдда

Новый образ Локи

Подобного рода логика может быть применима к роли Локи в Рагнарёке, когда Локи присоединяется к Муспеллям на Нагльфаре, корабле смерти (или же в этом смысле корабле кремации), и поднимает паруса чтобы сжечь мир. Как огонь кремации, который сжигает и очищает гнилую плоть, «Gammleið» («путь грифа»- кеннинг Локи) и его люди уничтожает тело Мидгарда для того, чтобы очистить его от старого и дать рождение новому. Локи, таким образом, олицетворяет огонь, с помощью которого мир должен быть очищен и возрожден. Но если роль Локи была изначально в погребальных ритуалах, что послужило тому, что он потерял эту роль и свой статус? Более важно, почему в стране, где огонь являлся важным в жизни и смерти любого человека, бог святого огня стал демонизирован людьми этой же страны? Если Локи действительно был существом, ответственным за принесение даров богам и освобождение душ мертвых через кремацию, естественно что католическая церковь нашла его особенно скверным. Последним скальдом, который пел о Локи, был Тьодольв из Хвинира, автор «Хаустлёнга», который был написан приблизительно в 9м веке. На то время, коварный характер Локи был лишь слегка затронут. Люди стали рассматривать его образ как более злобный только во время и после христианизации Скандинавии.

Это может быть только случайность, кажется важным, что в период христианизации Европы в 5м столетии кремация была запрещена. Погребение в земле для последующего обещанного воскрешения тела было необходимо для христианства. Языческие ритуалы сжигания тел стали именоваться еретическими. В 789 году император Карл Великий ввел на европейском западе уголовную ответственность за кремацию, считая только погребение возможным для христианской традиции. В законах Leges Saxonum можно найти: «Если кто-то кремирует мертвого человека в языческом ритуале и превращает кости в пепел, тот получает смертную казнь»

Возможно, что демонизация Локи началась примерно в этот период, так как он мог быть персонификацией огня кремации. Изображения Локи как связанного до конца света гиганта появляются в Скандинавии задолго после 789 года, и это позволяет задуматься о том что, возможно, авторы пытались связать Локи и языческие ритуалы кремации и жертвоприношения.

Это приводит к финальному вопросу: если гипотеза верна, то где же место Локи в современных языческих ритуалах? В моей собственной практике это означает признание присутствия Локи в любом сакральном огне во время блота, особенно когда огонь используется как средство, через которое боги получают свои жертвы. Поклонникам более тесного сближения с Локи может быть предложено создать сакральный огонь в его честь, который будет являть его физическое присутствие на земле и являться вратами, через которые боги получают свои подношения. Сигюн, как и Сваха, призывается для подношений и молитв о победе богам и предкам. Женская сила может рассматриваться как воплощение Сигюн во время ритуала, которая физически проливает или кладет подношения богам в пламя Локи.

Возвращение Локи к его функции сакрального не только позволяет вернуть его к функциональной позиции внутри его собственного пантеона, но также позволяет восстановить другой важный аспект языческого ритуала, который еще предстоит изучать гораздо более глубоко: всесожжения. Veistu, hvé senda skal?Ты знаешь как отправлять?

Оригинал: Dagulf Loptson «A New Place for Loki» 

Перевод с английского: Elhgar