Дзен-медитация в стрельбе из лука

Путь к Дзен

Дзен-медитация в стрельбе из лукаКнига Юджина Хэрригэла «Дзэн в искусстве владения луком» позволяет взглянуть на мир, ред­ко наблюдаемый западным жителем. Это личное повествование, изложенное доступным языком, о знакомстве европейца с дзэн-медитацией посредством искусст­ва стрельбы из лука. Подобно всем хорошим пове­ствованиям, его стоит перечитывать. В тридцатые годы нашего века один профессор философии То­кийского университета томился в надежде, что его допустят к дзэн. Как европеец он был чужаком. Ни одни двери охотно не открывались перед ним. Наконец ему дозволили приобщиться к дзэн опосредованно, через одно из смежных искусств. Ему предложили следующие возможности: рисова­ние, аранжировка цветов и стрельба из лука. Про­фессор Юджин Хэрригэл в своем выборе остано­вился на стрельбе из лука и был принят учеником к знаменитому наставнику Кэндзо Ава; так начал­ся его путь к дзэн.

С самого начала Хэрригэлу становится ясным, что стрельба из лука — не спорт, не соревнование, а «безыскусное искусство», религиозный ритуал в своей основе. Ава описывал стрельбу из лука на языке парадоксов: «Духовные занятия и их пред­мет состоят в поражении духовной цели, так что по сути стрелок целится в самого себя и даже может преуспеть, поразив себя». Он обобщает стрель­бу из лука в виде представлений, чуждых западно­му уму:

«Лучнику необходимо стать недвижимым цент­ром. Затем наступает высшее и непреложное чудо: искусство становится       «безыскусным», стрельба становится не-стрельбой, стрельбой без лука и стрел; учитель вновь становится учени­ком, наставник — новичком, конец — началом, а начало — совершенством».

Очевидно, что хотя Хэрригэл не раз слышал эти слова, их значение ускользало от него. Обучение Хэрригэла у его наставника было долгим и труд­ным. После одного года занятий он научился лишь натягивать тетиву. Хотя его тело и дыхание были одним целым в комплексах ритмических движений, предстояло еще многим овладеть. От­пускание стрелы заняло недели и месяцы бесплод­ных усилий. Хэрригэла озадачивали наставления учителя: «Выстрел лишь тогда получится плав­ным, если он застигнет самого лучника врасплох. Это должно быть так, словно тетива внезапно раз­резала державший ее большой палец. Ты не дол­жен отпускать правую руку нацеленно». Продол­жающиеся ошибки вызывали замешательство и раздражение. Когда он пытался логически прояс­нить стоящую перед ним задачу: «Я натягиваю лук и выпускаю стрелу, чтобы поразить цель», — наставник лишь ограничился парадоксом: «Чем настойчивей ты будешь пытаться научиться тому, как выпустить стрелу, чтобы она попала в цель, тем меньше ты преуспеешь в этом, и еще дальше отдалится от тебя цель». Вместо того чтобы побу­дить его к дальнейшей практике выполнения выс­трела, Хэрригэла вместе с другими учениками на­ставляли в выработке умения самоотстраненного погружения во все повседневные дела чтобы обрести нужное состояние для дзен-медитации. Обескураженный неудачей, Хэрригэл пытался об­рести требуемую плавность отпускания стрелы, воспользовавшись техническим приемом: ослабле­нием давления на большой палец в нужный мо­мент. Гордый результатом, Хэрригэл был рад про­демонстрировать получившийся выстрел. Настав­ник молча наблюдал, затем взял из рук Хэрригэла лук, перевернул его и прошелся тыльной частью по незадачливому ученику. Хэрригэл пытался схитрить — он старался свести «безыскусное ис­кусство» к одной технике. Его занятия прекрати­лись.

Дзен-медитация владения собой

И лишь после многочисленных уговоров Хэр­ригэл был вновь допущен к занятиям. Проведя более четырех лет за обучением, он все еще не мог найти нужное состояние чтобы отпускать стрелу в духе дзэн. Хэрригэл про­должал упражняться. И однажды, после одного из выстрелов наставник глубоко поклонился и объявил: «Вот он, выстрел». Прорыв состоялся. Наконец Хэрригэл мог отличить верный выстрел от ошибочного. Хотя он теперь и освоил дзен-медитацию стрельбы из лука до указанных пределов, он не получил никаких наставлений о том, как пора­жать саму цель. Но вот наставник Кэндзо Ава ре­шает допустить его и к этой стадии. Как Хэрри­гэл и ожидал, он вновь столкнулся с парадоксом: «Целиком выброси из головы саму мысль о попа­дании в цель, и ты станешь настоящим лучни­ком, даже если ни один выстрел не достигнет цели. Попадания в цель служат лишь внешним свидетельством и подтверждением твоей бесцельности как высшим выражением твоей неэгоистичности, твоей самоотреченности». Дальнейшее замечание было: «Твои стрелы не летят, посколь­ку недостаточно заряжены духовно. Хороший лучник может выстрелить посредством средней силы лука дальше, чем бездуховный учитель по­средством самого мощного лука». Наконец Хэр­ригэл действительно научился поражать цель в духе традиции. После шести лет занятий Хэрри­гэл был посвящен в дзен-медитацию, но не стрельбы из лука, а владения собой. Все время дорога к дзэн, казалось, проходила где-то рядом; действительное преображение состоялось изнут­ри, а его глубина отразилась на внешнем уровне. Хэрригэл изменился посредством Великого Уче­ния. Свое наставничество Кэндзо Ава заключил следующими словами:

«Я должен обратить твое внимание на одну вещь. После этих лет ты стал другим, ибо что значит быть лучником? Это глубокое удовлетво­рение лучника самим собой… Ты начнешь смот­реть иными глазами и мерить иной мерой. Та­кое случилось со мной и случится со всеми, кого коснется дух этого искусства».

Те же самые принципы заложены в искусстве владения мечом как священном искусстве. Успех приходит при «наличии сердца, а не знания либо техники». Здесь ученик тоже должен стать «не­эгоистичным и бесцельным». Соответственно, со­вершенство достигается, «когда сердце больше не тяготят никакие мысли обо мне, тебе, о против­нике, о собственном мече, нет даже мыслей о жизни и смерти. Все пустота: ваше собственное «я», сверкающий меч и руки, размахивающие им. Даже мысли о пустоте уже нет места». Вели­кое Учение само отливается в бесчисленные фор­мы. Каллиграфия, живопись и даже искусство аранжировки цветов выражают ту же самую ис­тину.